Государственный центральный театральный музей имени А. А. Бахрушина

История музея и его коллекции

Передача музея в ведение Российской Императорской Академии наук. 25 ноября 1913 г. На фото: А.А. и В.В. Бахрушины, Кира и Юрий Бахрушины, М.Н. Ермолова, А.А. Яблочкина, И.А. Бунин, К.С. Станиславский, Вл. И. Немирович-Данченко...

Передача музея в ведение Российской Императорской Академии наук. 25 ноября 1913 г. На фото: А.А. и В.В. Бахрушины, Кира и Юрий Бахрушины, М.Н. Ермолова, А.А. Яблочкина, И.А. Бунин, К.С. Станиславский, Вл. И. Немирович-Данченко…

Алексей Александрович Бахрушин впервые показал свою коллекцию публике в 1894 г. С этого времени и до 1913 г., когда собрание было передано в ведение Российской Императорской Академии наук, наступил  «период первоначального накопления богатств», как его назвал первый главный учёный хранитель музея М. Д. Прыгунов. В те годы коллекция находилась в частной собственности А. А. Бахрушина и не была доступна широкой публике. Однако в театральной среде о ней стали говорить с возрастающей серьёзностью. За это время молодой музей принял участие в семи выставках, одна из которых проходила в Берлине в 1905 г. и вызвала большой интерес во многом благодаря коллекции А.А. Бахрушина.

Следующий период в жизни музея начался 25 ноября 1913 г., когда состоялся акт его передачи в ведение Российской Императорской Академии наук. У Театрально-литературного музея Академии наук появился устав, штат сотрудников, был начат учёт коллекций и заведены соответствующие инвентарные книги.

После революции музей пережил два трудных года. По свидетельству современников, коллекция часто была под угрозой разграбления, и оно бы непременно случилось, если бы народный комиссар просвещения А. В. Луначарский не выделил взвод для охраны музея. Проблемой была и сохранность коллекции, так как помещения не отапливались и ценные экспонаты могли пострадать из-за сырости и перепадов температуры. Ещё одной проблемой была «идеология» музея — обсуждалась «классовая» природа музея, его «капиталистическая» сущность; это грозило расформированием коллекции и, следовательно, уничтожением музея.

Период неопределённости закончился 1 февраля 1919 г., когда музей перешёл в состав учреждений Наркомпроса. Правительство стало выделять деньги на его содержание, что позволило возобновить научную и экскурсионную деятельность, которые были затруднительны во время войны и революции.

К этому времени музейная коллекция располагалась в 25 залах, 14 из которых дважды в неделю были открыты для публики. Штат музея в то время составлял 12 человек /сейчас — около 250/.

В своей научно-исследовательской деятельности музей был связан с театральной секцией Государственной академии художественных наук /ГАХН/. Этой организации принадлежала инициатива празднования 30-летия музея в 1924 г.

Все эти годы во главе музея был его основатель Алексей Александрович Бахрушин. Его заслуга в сохранении целостности музея в тяжёлое время огромна. Кроме того, значительная и, может быть, лучшая часть сегодняшней коллекции музея собрана благодаря его огромной энергии и художественному чутью.

Бахрушин на деле доказал, что коллекционерами национального и мирового масштаба и основателями музеев не рождаются, а становятся. До появления музея Бахрушин был, скорее, любителем, в его увлечении не было ничего необычного: коллекционирование и собирательство было вполне рядовым занятием для людей его круга. Однако только у совсем немногих оно превращалось в дело жизни. Бахрушин, прилагая большие усилия, постепенно оттачивал механизмы пополнения коллекции, открывал новые способы получения желанных экспонатов. Он стал постоянным посетителем антикварных лавок и рынков, расширял круг своих знакомств в театральном мире. Благодаря его связям в дар музею было передано немало ценных предметов. Постепенно у Бахрушина появилось несколько «агентов» — хороших знакомых в разных городах России и Европы, с которыми он состоял в переписке и вовремя узнавал о возможности приобрести что-то интересное для музея. Пополнялась коллекция и благодаря поездкам Бахрушина за границу. Так в круг интересов Алексея Александровича вошёл и зарубежный театр.

После революции, когда Бахрушин лишился своего состояния, его собирательская деятельность стала намного более затруднительной. Однако в этой непростой ситуации он умел правильно распоряжаться небольшими средствами, выделявшимися музею на закупки. Он мог и торговаться, и находить дополнительные деньги, и договариваться о том, чтобы вещи приобретались в рассрочку. Немалую роль в этом играли его хорошая репутация, авторитет и личные связи в Наркомпросе. Знакомства имелись у Бахрушина и в мире антикваров /они, впрочем, к тому времени потеряли своё былое значение, так как антикварная торговля переживала не лучшие времена/ и коллекционеров. За деятельностью последних он ревниво следил, иногда у них удавалось сделать ценные приобретения, порой случались и «дружественные поглощения»: к 1924 г. в музей влилась прекрасная коллекция С. И. Зимина, которую он отказался передать в 1914 г. /были поставлены условия, неприемлемые для музея в тот момент/. Пополнялся музей и благодаря отбору вещей в государственном музейном фонде, куда попали национализированные частные коллекции.

В те годы Бахрушин многое сделал для сохранения театральной культуры. Если бы не его талант собирателя, то многие архивы и произведения искусства, являющиеся сейчас украшением коллекции, были бы, скорее всего, безвозвратно утрачены. Это, например, архив семьи Садовских, собрание фарфоровых статуэток-карикатур П. Г. Степанова, часть архива Дирекции императорских театров и др.

Талант Бахрушина-коллекционера проявлялся не только в умелом поиске и приобретении вещей, но и в том, что он сумел сделать свой музей не «личной коллекцией», отражающей вкусы её обладателя, а всеобъемлющим собранием национального значения, свидетельствующим об истории русского и советского театра во всей её полноте — с противоречиями, ошибками, борьбой «новейших театральных течений» с прошлым и между собой. Личные театральные пристрастия Бахрушина формировались под влиянием искусства Малого театра конца XIX в. Малый театр остался для Бахрушина самым любимым, но это не помешало ему собрать внушительную коллекцию материалов, связанных с МХТ, с творчеством Вс. Мейерхольда, это не помешало оказаться в музее работам Фердинандова, Экстер /наиболее полное собрание её театральных эскизов принадлежит ГЦТМ им. А.А. Бахрушина/, Татлина, Рабиновича, Лентулова, Гончаровой и многих других. Способность понимать и ценить самое разное искусство, не ошибаться в своих оценках Бахрушин сумел развить в себе с впечатляющим успехом.

С уходом из жизни его поколения, к которому принадлежали и С. И. Щукин, и А. В. Морозов, ушла в прошлое блестящая эпоха купеческого собирательства. Коллекционирование и собирательство, конечно, продолжали существовать, но подобных масштабов достичь было уже невозможно.

После смерти Бахрушина музей остался его наследником, стараясь, подобно своему основателю, бережно сохранять и приумножать коллекцию, которая, несмотря на все повороты истории политической, отражает объективную и всеобъемлющую картину истории театральной России.

Как
нас
найти
Адрес

115054, Москва,

ул. Бахрушина, 31/12

ст. м. «Павелецкая»

Часы работы

вт. пт. сб. вс.:

12:00 – 19:00 /касса до 18:30/

ср. чт.:

13:00 – 21:00 /касса до 20:30/

Пн. – выходной

Билеты

Полный тариф:

200 руб.

Льготный тариф:

100 руб.

Стоимость экскурсий
и посещения выставок
см. в разделе

Посетителям

Контакты

/495/ 953-44-70 - телефон для справок

/495/ 953-78-17- билетная касса Главного здания

/495/ 953-48-48 - дирекция

/495/ 953-54-48 - факс


gctm@gctm.ru