Чехов и Александринский театр: вечер в рамках проекта «Чехов»

21 ноября в Театральном музее им. Бахрушина в рамках театрально-художественного проекта «Чехов» состоялся вечер «Александринский театр + Чехов». Его подготовил и провёл театральный критик, помощник художественного руководителя Александринского театра Александр Чепуров.

Конечно же, Александр Чепуров начал с рассказа об историческом трагическом провале «Чайки» на сцене Александринки 17 октября 1896 года. Но взаимоотношения театра и драматурга этим вовсе не исчерпываются, как принято порой думать. Ведущий вечера подробно рассказал о чеховских постановках в стенах Александринского театра. Александр Чепуров объяснил, что провалом был только самый первый спектакль «Чайки», чётко срежиссированный недоброжелателями писателя и драматурга и уже через совсем короткое время «Чайка» в той же постановке была показана пять раз. Роль Нины Заречной играла Вера Фёдоровна Комиссаржевская. В 1902 году «Чайка» была поставлена заново. Премьера пьесы Чехова «Иванов» на сцене Александринки состоялась ещё в 1889 году. На рубеже XIX — XX веков на императорской петербургской сцене игрались и чеховские водевили. В 1909 году состоялся своеобразный чеховский фестиваль. Это позволило говорить о том, что в Александринском театре свой Чехов, отличный от Чехова в Московском Художественном театре — более резкий, характерный и жёсткий при соблюдении принципа психологической игры.

В XX веке, после революции 1917 года, Александринский театр возвращается к Антону Чехову лишь в 40-е годы. Режиссер Леонид Вивьен ставит «Свадьбу» с актёрами Борисовым и Черкасовым. Затем в 1946 году в его же постановке появляется «Дядя Ваня» с Юрием Толубеевым в роли Войницкого, Астрова играл Николай Симонов. Чеховский драматизм тогда помогал открывать надрывы и драмы послевоенного времени. Это вызывало и потрясение, и надежду на возрождение человеческой души. В 1954 году в репертуаре театра снова появляется «Чайка», спектакль романтический, актриса Нина Мамаева строит роль Нины Заречной по лекалу Веры Комиссаржевской в злополучном спектакле 1896 года. Её героиня порывиста, непосредственна, устремлена к мечтам о служении. 

И вновь перерыв. Александринский театр вновь обращается к Чехову лишь в 1972 году. На этот раз «Вишнёвый сад» в постановке режиссёра Ростислава Горяева, где Нина Ургант играла Раневскую, Бруно Фрейндлих Гаева, Юрий Толубеев Фирса. Это был очень острый спектакль, в котором со сцены звучал вопрос «почему была потеряна Россия?», и вину режиссёр возложил на героев пьесы. Сначала спектакль не был принят «чиновниками от культуры», назван антисоветским, а затем, как ни странно, по этой же причине его не захотели играть актёры. В репертуаре театра он занял место лишь через год после постановки…

Сейчас в Александринском театре два чеховских спектакля, оба поставлены в рамках театральной программы «Новая жизнь и традиции», которая предполагает приглашение иностранного режиссёра, и он сам выбирает пьесу для постановки. Спектакль «Чайка» поляка Кристиана Люпы уже получил «Золотую маску», как лучшая постановка зарубежного режиссёра. (Спектакль «Дядя Ваня» живущего в США и часто ставящего в Европе румына Андрея Щербана был недавно показан в рамках проекта «Премьеры Александринского театра в Москве» на фестивале «Золотая Маска» — Г. Ф. ). Оба спектакля, и «Чайка» и «Дядя Ваня», из ряда авангардных и новаторских. 

В «Чайке» Кристиана Люпы, где он выступает и как сценограф, над колдовским озером сооружен нефтеперерабатывающий завод. Режиссёра увлекла идея, что новый спектакль идёт в том самом зале Александринского театра, где он когда-то провалился. Провалом закончилась и постановка пьесы Кости Треплева. Люпе интересно как складывается жизнь художника после катастрофы? Репетиции спектакля шли в форме психологического тренинга. Режиссёр проговаривал с актёрами их внутренние монологи. Для него было важно существование персонажей на грани реальности и искусства. Активно задействованы в спектакле и взаимоотношения сцены и зала, актёры часто «выходят» к зрителям. Такая игра с сюжетом не чужда и самому Чехову. Финальный выстрел не убивает Треплева… Когда спектакль заканчивается, Костя и Нина на сцене, звучит песня известной французской исполнительницы.

В спектакле Андрея Щербана «Дядя Ваня» на сцене воспроизведено зеркальное отражение бархатно-золотого зрительного зала Александринского театра. Между этими двумя пространствами — полоса обычного чернозёма. На этой грани и строится театральная история. В спектакле занято много молодёжи. Александр Чепуров отметил, что за последние годы труппа театра сократилась вдвое, и в ней появилось много молодых артистов, которые играют ведущие роли.

Профессор кафедры русского театра Санкт-Петербургской академии театрального искусства А. А. Чепуров продемонстрировал слайд-шоу, в котором подробно рассказывается история чеховских постановок в Александринском театре. На последних фото были сцены из спектакля Андрея Щербана «Дядя Ваня». Одна из гостей Бахрушинского вечера возмутилась внешним видом персонажей спектакля и сказала: «Чехов — наше всё, должно быть, сейчас переворачивается в гробу!». На что Александр Чепуров ответил: «Каждое время выдвигает своего Чехова, и переводить нас сегодня в кисейный XIX век было бы неправильно. Гораздо более честно показать сегодняшнюю жизнь и сказать, что из неё надо выбираться».

Другая зрительница сказала, что, по её мнению, с каждым годом всё труднее ставить Чехова, потому что драматические коллизии в его пьесах, по сравнению с сегодняшним днём — детский сад. Она вспомнила погибшую из-за ошибки швейцарского авиадиспетчера осетинскую семью. Александр Чепуров ответил, что в основе любого конфликта — столкновение человека с безысходностью, и задача театра интерпретировать это столкновение. Эту, в числе прочих задач, и решает сегодня Александринский театр.

Галина Фадеева